Украинская политика — бесконечный сериал о политических трупах


Каждый апрель в жизни обычного советского школьника случались два праздника. Первый — День космонавтики — проходил почти незаметно. Второй — День рождения Ильича — предполагал принудительный просмотр  фильма «Рассказы о Ленине».  Вместо пятого или шестого уроков нас — половину школы —  загоняли в актовый зал. Учителя усаживались кучно. Завуч — ближе к дверям, чтобы контролировать и нас и поползновения со стороны педагогов. И не то, чтобы мы не любили дедушку Ленина. В те времена мы, дети, не могли судить о художественных достоинствах этого «шедевра». Просто ничего увлекательного в картине не было. Повторяемый год за годом сюжет набил оскомину абсолютно всем. Мне запомнилось, как пожилой математик, окрикнувший нас за слишком громкую возню,  присел рядом на свободное место и сказал почти шепотом: потерпите, сейчас упадет книжка, и мы все пойдем домой.
Речь шла о финальном  эпизоде, когда Надежда Крупская роняет книгу Джека Лондона,  которую она читала умирающему вождю.
Нет, я так и не решился осилить еще раз «Рассказы о Ленине». Вместо этого киношного образа дедушки в постели я запомнил безумный  взгляд того же человека на известном фото. Человека, мозг которого уже  пострадал от необратимых изменений.
Не знаю как у вас, а у меня возникло чувство, что все мы снова сидим в этом старом пыльном актовом зале. Власть насильно демонстрирует нам свой официальный взгляд на жизнь. В который давно не верит сама.  Но мы уже не дети и прекрасно понимаем: то, что происходит — это запущенный сифилис мозга.

Такое впечатление, что в Украине снимают шоу о мертвецах, только называется оно не» Walking Dead«, а «Working Dead» — работающие мертвецы. Бесконечный сериал о политических трупах, наводнивших  столицу и провинции. Все они — эти высокооплачиваемые зомби — что-то по старинке делают, куда-то по старинке идут и едут. Повсюду эти паралитики с отечными серо-зелеными харями и  бельмами вместо глаз.   А страна, в этическом смысле, стала похожа на пустыню, по которой носится вопиющий Парасюк. Наш Безумный Макс. 
Да что ж такое, — как в известной фразе известного таксиста, — ведь были же люди как люди и вдруг стали… дебилы. Юра, Коля, Саша… Ведь мы ж вас помним еще теми, нормальными. А тут, получается, подкрались к активисту черные силы. Укусили … Нет, не в шею. В шею там некоторые некоторых целуют. А кусают там за карман. Покраснел карман. Набух. Разбух карман. А потом гнойный сепсис — и нет больше нашего рубахи-парня. В смысле — парень-то есть, но другой. Не наш. И рубаха на нем другая.  «Salvatore Ferragamo«.
Страну не просто подсадили на сериал. Страна живет в этом сериале и вопрос, который больше всего волнует невольных телезрителей Украины, при взгляде на эти морды, один:
КОГДА ЖЕ ВЫ, ТВАРИ, НАКОНЕЦ, ПОВЫЗДЫХАЕТЕ???
Причем  устроит любой  сценарий. Чартерным пароходом навстречу айсбергу. Табором в небо. Или пускай выведут вас по одному на задних лапах, как крыс, а впереди будет идти мальчик с волшебной свирелью и приведет вас из центра Киева на набережную. Какая мелодия будет при этом звучать — «Ще не вмерла», «Сулико» или «Прощание славянки» — не важно.  Главное, чтобы довел. Всей шоблой. До  моста, который предусмотрительно, только наполовину, снесет Кличко. А там вселится в вас дух корпоративного братства, и ринетесь вы всем стадом вниз, в днепровские пучины.
Чтобы сгинуть там навечно, без следа.
Потому что казнокрады и взяточники  не оставляют следов в Истории народа. Ваш след — это то, что мы видим ежедневно. Вот шла женщина по имени Украина  по улице и вдруг вляпалась в собачью неожиданность. А потом стала от нее избавляться, шаркая подошвами.   Эти полосы на асфальте — это и есть ваши следы в истории. И станут смеяться над ними и называть их по именам. До первого дождя.
Уже и секира лежит при корнях того дерева, не дающего добрых плодов.
Одно плохо.
Книжка, сука, все не падает и не падает.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Rambler's Top100